Василь Быков

ГЛАВНЫЙ ЖАНР ЛИТЕРАТУРЫ ( часть 5 )

во всяком случае, квалифицированные читатели. То есть относительно хорошо
знаем жизнь, чтобы разбираться в ее запутанных эмпириях и кое-что смыслим
в литературе. И тут возникает любопытный парадокс: почему мы, люди, в силу
своего воспитания и образа жизни зачастую далекие от крестьянских низов,
от жизни “неперспективных” деревень, быта древних стариков и старух, мало
или вовсе неграмотных отшельников в зачастую никогда не виданной нами
дремучей тайге с их размеренным, однообразным и часто примитивным укладом,
почему мы частенько с куда большим интересом и участием читаем о их делах
и заботах, нежели о блестящих научных или служебных успехах тех, кто
гораздо ближе нам по опыту жизни, мировоззрению, мироощущению -
высокообразованных жрецов науки, искусства, руководителей, генералов,
начальников главков. Почему безграмотный дед на колхозной бахче куда
интереснее изъездившего мир дипломата, определяющего судьбы народов, в то
время как наш дед не может удовлетворительно определить судьбу
единственной своей буренки, оставшейся на зиму без сена. О том печаль его,
и она нас трогает больше, чем драматические переживания упомянутого
дипломата перед уходом на вполне заслуженный отдых с солидной пенсией и
статусом пенсионера союзного значения. Почему солдат в окопе для меня как
читателя во многих (если не во всех) отношениях предпочтительнее своей
судьбой удачливому маршалу в блеске его снаряжения, штаба и его
маршальского глубокоумия? Почему так? - хочу я задать вопрос уважаемым
коллегам, хотя и предвижу их скорый ответ: все дело в таланте автора. Да,
но не совсем. Истинность таланта великолепно проявляется уже в выборе
героя, который и внушает нам вышеизложенные чувства. Исчерпывающий же
ответ на этот вопрос мне, однако, неведом.
В заключение хочется сказать, что роман, помимо прочих своих
достоинств, это еще и очень серьезный жанр, вершина литературы. Все-таки
вершина не драма, но роман. В отличие от превратной, зависящей от многих
причин жизни драмы он неизменен и - на века. И пусть его читают старинным
индивидуальным способом - наедине, есть надежда, что лучшие наши романы
переживут свое время. Чего не скажешь о произведениях драматургии и,
особенно, кино, которые захватывают миллионы, но в вечности живут доли
секунды и нередко умирают еще при жизни своих создателей. Посмотрите
старые картины, которые поражали когда-то наше воображение, - тягостное
чувство вызывают они сейчас. Конечно, тягостное чувство могут вызвать и
некоторые романы уже в момент своего появления, но причины одинакового
явления здесь все-таки весьма различны.
Поэтому, заканчивая, я хочу провозгласить: “Да здравствует талантливый,

Subscribe to blog feed.

Leave a Reply