Василь Быков

КАК БЫЛА НАПИСАНА ПОВЕСТЬ “СОТНИКОВ” ( часть 4 )

еще молодому человеку (разгром полка, плен, побег, болезнь, ранение и
новый плен), чтобы понять, как ожесточилась его душа. Некоторым больше
импонирует прагматическая натура Рыбака, который почти до конца в общем-то
сносно относится к Сотникову и в труднейших обстоятельствах плена не
теряет надежды на спасение, хотя, может, и не совсем благовидным путем. Со
своей стороны, я бы мог заметить только, что прагматизм терпим, когда он
не переступает социально-нравственных основ нашего человеческого
общежития. Да, разумеется, трудно требовать от человека высокой
человечности в обстоятельствах бесчеловечных, но ведь существует же
предел, за которым человечность рискует превратиться в свою
противоположность!
Об этом повесть.
Фон, как я уже сказал, мог бы получиться более конкретным, хотя во
всем, что касается обстоятельств, я старался быть максимально точным.
Кажется, в целом это удалось, я избежал приблизительности, тем более
неточности в деталях и обстоятельствах. После нескольких публикаций
читатели не обнаружили сколько-нибудь серьезных погрешностей, разве кроме
одной. Читатель-астроном из Москвы сообщил, что молодой месяц, который
появляется в небе вечером, не может светить и ночью: к полуночи он должен
зайти. Это верно, и я это исправил.
Повесть, как это ни странно, если иметь в виду вышесказанное, писалась
относительно легко. Вся работа шла строго последовательно. Оттолкнувшись
от первого, счастливо найденного, хотя, возможно, и не нового в литературе
образа ночной зимней дороги и в общем-то зная своих героев, ощущая их
характеры и представляя их прошлое, я легко руководствовался логикой их
поведения, их реакцией на события. Как всегда, главную трудность
представляло начало. “Откуда начать?” - вот вопрос, который обыкновенно
занимает прозаика больше других. Начать следует так, чтобы это было не
слишком далеко, но и не слишком близко. В первом случае экспозиция грозит
затянуться, появятся не всегда обязательные подробности, во втором - не
успеет читатель присмотреться, привыкнуть к героям, как начинаются
решающие события. Поскольку действие этой повести развивается непрерывно
(или почти непрерывно) и продолжается каких-нибудь двое суток, пришлось
концентрировать события, иногда форсировать сюжет, чтобы каждый час
литературного бытия героев был максимально насыщен смыслом и действием.
Я не вел записных книжек, предварительно не запасался деталями, но
замысел старался обдумать основательно и так разработать сюжет, чтобы к
моменту начала работы над повестью мне все о ней было известно.
Разумеется, в ходе работы стали неизбежными некоторые отступления от

Subscribe to blog feed.

Leave a Reply