ЗОРКОСТЬ ИССЛЕДОВАТЕЛЯ, СТРАСТЬ ХУДОЖНИКА ( часть 4 )
остросоциальной тематики, чье внимание неизменно привлечено к злободневным
и кардинальным вопросам дня сегодняшнего и не столь отдаленного прошлого,
уроки которого небесполезны для настоящего. Стало привычным видеть на его
страницах прекрасно изображаемую им крестьянскую массу, слышать много и
умно говорящих на своих сельских сходках деревенских философов. Автор так
овладел их языком, что язык персонажей его произведений стал почти
неотличим от авторского - настолько органически он слился в одну добротную
русскую речь.
Очевидно, в значительной степени по этой причине для иных залыгинских
читателей оказалось неожиданностью появление его нового романа
“Южноамериканский вариант” с совершенно иной проблематикой, иной средой
изображения, отличным от предыдущего привычного, “залыгинского”,
“городским” языком и современным “техняческим” и во многих отношениях
изысканным стилем. Многие удивились: почему вдруг писатель, прекрасно
владеющий мужской психологией, глубоко понимающий мужика-хлебопашца, вдруг
главным персонажем романа избрал женщину, нашу современницу, научного
работника?
Следует признать такое удивление небеспричинным. Действительно, в
предыдущих произведениях С.Залыгина женские образы не пользовались
особенным его вниманием, и мы можем вспомнить из них разве что симпатичную
Клавдию Чаузову, Дору Мещерякову да Тасю Черненко. Не так и много. Но,
видно, в том-то и дело, что тема женщины у Залыгина до поры до времени
оставалась как бы “в запасе”: неизрасходованные жизненные наблюдения,
размышления, выводы требовали их литературного воплощения. И вот писатель
реализует их в новой, романной емкости, почти целиком заполнив ее образом
Ирины Викторовны Мансуровой.
Если хотя бы в общих чертах проследить за эволюцией первых героинь
Залыгина к его Ирине Мансуровой, то удастся понять ее важность и
неизбежность в этом немногочисленном ряду залыгинских женских образов.
Спору нет, со времен Таси Черненко, Доры Мещеряковой и Клавдии Чаузовой в
женской судьбе изменилось многое - другой, непохожей на все предыдущие
жизнью живут теперь их землячки - сибирские колхозницы. Но значит ли это,
что проблема женской судьбы решена и ничто больше не стоит на пути к
счастью?
Несмотря на многочисленные перемены к лучшему в социальной жизни
народа, одно неизменно: современная женщина по-прежнему остается в своей,
уготованной ей природой роли продолжательницы человеческого рода,
воспитательницы его будущих поколений, что уже само по себе невозможно без
атмосферы любви и человечности. Современная женщина ничуть не меньше, чем
в свое время Анна Аркадьевна Каренина или Анна Сергеевна фон Дидериц,
Subscribe to blog feed.
About the Author: